Адвокат в Москве:  +7-906-775-74-77
Телефон адвоката в Москве +7-906-775-74-77
Поиск по сайту Правовой помощи адвоката
Перейти к контенту

Главное меню:

Судебные прения

Уголовные дела
Адвокат в Москве 8-926-528-65-20
Судебные прения - это часть судебного разбирательства, следующая за судебным следствием. В ходе прений стороны выступают с речами, анализируя результаты судебного следствия, высказывают свое мнение о ходе и результатах предварительного расследования, судебного следствия, о личности обвиняемого и потерпевшего, о подлежащем применению законе. Основу выступлений участников прений составляют исследованные во время судебного следствия доказательства. В своей речи каждый участник прений дает оценку этим доказательствам, делает свой вывод о доказанности или недоказанности фактических обстоятельств по данному делу. УПК РФ запрещает ссылаться на доказательства, которые не рассматривались в судебном заседании или признаны судом недопустимыми. Иными словами,  каждая сторона обосновывает свою позицию по уголовному делу, анализирует и, как правило, опровергает доводы противоположной стороны, формулирует и предлагает суду свои варианты относительно ответственности и наказания подсудимого.

УПК РФ о прениях сторон
В соответствии с ч. 1 ст. 292 УПК РФ прения сторон состоят из речей обвинителя и защитника. При отсутствии защитника в прениях сторон участвует подсудимый (так сказано в норме, но в реальности судьи  обычно предлагают выступить подсудимому даже при наличии защитника, хотя закон определяет, что подсудимый лишь вправе ходатайствовать об участии в прениях сторон). 
В прениях сторон могут также участвовать потерпевший и его представитель. Гражданский истец, гражданский ответчик, их представители.  Последовательность их выступлений устанавливается судом, но первым во всех случаях выступает обвинитель, а последними - подсудимый и его защитник. Гражданский ответчик и его представитель выступают в прениях сторон после гражданского истца и его представителя.
Здесь должно соблюдаться правило - нельзя ссылаться на доказательства, которые не рассматривались в судебном заседании или признаны судом недопустимыми.
После произнесения речей участниками прений каждый из них может выступить еще один раз с репликой. Право последней реплики принадлежит подсудимому или его защитнику.


Образец прений по уголовному делу
Посетители сайта часто просят предоставить возможность ознакомится с образцом речи (выступления) в прениях по уголовному делу.
Ниже предлагаю для обзора вступительную часть моего выступления в прениях по уголовному делу в Люблинском районном суде Москвы.
Выступление адвоката Голубева в прениях в защиту Ш-а Д.В. (Люблинский районный суд Москвы – ноябрь 2014)
Уважаемый суд! По результатам судебного следствия можно сделать однозначный вывод, что мой подзащитный подлежит оправданию.
Если говорить кратко и схематично, то картина по делу сложилась такая – Ш-а Д.В. обвинили в том, что, якобы, он несколько раз с целью хищения получал наличные деньги от признанного потерпевшим гр-на К-ва А.С., обещая их положить на счет фирмы потерпевшего, но, вопреки обещанию, денег не оприходовал.
Но в реальности, как мы убедились в ходе судебного следствия, все было иначе – выявилась недостача в финансово-хозяйственной деятельности. Образовалась она в результате не поступления денег из ООО «А» на счет руководимого подсудимым ЗАО «А-Т». И эту сумму было решено взыскать с моего подзащитного любой ценой, включая возбуждение уголовного дела. Полагаю, что так было на момент возбуждения уголовного дела.
Ведь все объяснения потерпевшего и свидетелей обвинения серьезной критики не выдерживают. Например, потерпевший К-в, если верить обвинению, безо всякого оформления и расписок многомиллионные наличные суммы ежемесячно отдавал моему подзащитному, чтобы тот оформлял их через бухгалтерию ЗАО «А-Т» и направлял в банк на счет этой фирмы. Причиной, по которой К-в не вносил деньги лично, а отдавал чужому человеку, названо отсутствие у К-ва свободного времени на поездку в офис, где размещена бухгалтерия. Но ведь это всего полчаса времени. Не поверю, что этот опытнейший и успешный бизнесмен вместо того, чтобы потеряв полчаса, лично внести деньги в кассу, ежемесячно по 5 миллионов отдаёт чужому человеку, которому не доверяет. Ведь как показал свидетель Ч-в, К-в специально подобрал бухгалтера Р-ву для контроля над Ш-ом. Нелогично и другое – он мог поручить перевозку денег дочери, которая ведет бизнес совместно с отцом.
Кстати, о бухгалтере Р-вой А.С. - в связи с выше проведёнными словами Ч-ВА о том, что Р-ва специально поставлена следить за Ш-ом надо критически отнестись к её показаниям о том, что, якобы, она доверяла моему подзащитному и т.д.
Обвинение и некоторые свидетели обвинения (как стало известно суду – это близкие родственники потерпевшего и его бухгалтер, то есть люди заинтересованные) утверждают, что эти самые миллионы, которые К-в, якобы, передавал в наличной форме безо всякого оформления и без расписок, мой подзащитный похитил. И только если безоговорочно поверить этим свидетельским показаниям, то может сложиться обманчивое предположение о виновности моего подзащитного.
Но ниже я скажу о том, что многое из обвинительных показаний не просто не логично, но и противоречиво, что требует критического отношения к таким показаниям.
Кроме того, статьей 17 УПК РФ установлено правило, по которому никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, и оценка доказательствам дается на основании их совокупности. Поэтому я надеюсь, что суд при вынесении приговора проявит объективность и учтет заинтересованность в исходе дела родственников и близких потерпевшего К-ва А.С., а также продемонстрированное ими нежелание говорить суду правду. А ниже приведу конкретные обстоятельства дела, подтверждающие ложность упомянутых обвинительных показаний самого потерпевшего и таких свидетелей, как К-ва Е.А., К-ва О.Г. и другие.


Образец прений по ст. 228 . 1 УК РФ
Выдержки из выступления  адвоката Голубева в прениях по делу по обвинению по ст. 228 . 1 УК РФ

Уважаемый суд!

К. предъявлено обвинение в совершении двух эпизодов сбыта наркотиков, которые по версии следствия имели место 7 октября _______ года в 18 часов 40 минут и в 19 часов 40 минут.
Обвинение считает, что оба эпизода доказаны материалами проверочной закупки и другими доказательствами.
Однако анализ материалов уголовного дела и результатов судебного следствия позволяет защите утверждать, что вина К. следствием не доказана, а выносить приговор  исключительно на признании вины моей подзащитной суд не имеет права.
Вина моей подзащитной ничем иным, кроме признания и не подтверждается.

Так, оперативно-розыскное мероприятие «проверочная закупка» проведено с грубейшими нарушениями закона и процедуры, а потому его результаты с точки зрения уголовного процесса ничтожны. А при производстве предварительного расследования допущено столько нарушений и, по мнению защиты, фальсификаций, что, даже предположив, что К. все же совершила оба деяния, вину ее нельзя считать доказанной. Вынесение обвинительного приговора в таких условиях противоправно.

Начнем анализ материалов дела с постановления о возбуждении уголовного дела (т. 1, л.д. 1). Если верить тому, что написано в постановлении, то получается, что следователь Ш. вынесла постановление в 22 часа 15 минут 07.10.___ г., а копию постановления направила прокурору в тот же день в 22 часа 30 минут.
Однако это не соответствует действительности, поскольку из показаний, полученных в суде от сотрудников полиции, производивших проверочную закупку, собиравших первоначальный материал, следует, что ушли из квартиры К. они значительно позже 22 часов. Судя по их показаниям, среди них на месте задержания моей подзащитной и на месте оформления материала был кто угодно, но следователя Ш. не было.
Значит,  получить материал и возбудить уголовное дело в 22 часа 15 минут следователь не могла физически.
В материалах дела на л.д. 13 т. 1 имеется уведомление о возбуждении уголовного дела. И оно, якобы направлено моей подзащитной. На самом деле такого отправления в природе не было, его никто не получал. Да и отправить его 07.10.____ после 22 часов было невозможно. Мало того, следователь не мог знать вечером 7 октября номера уголовного дела, поскольку группа учета начала бы при обычных условиях работать только утром ___ октября, но это нерабочий день.
Это косвенное подтверждение фальсификации, имевшей место с первого дня расследования. Это сомнение в законности возбуждения дела, но сомнение, не устраненное стороной обвинения, а потому толковаться оно должно исключительно в пользу моей подзащитной.
Еще одно сомнение в дате возбуждения уголовного дела основано на имеющемся в материалах рапорте об обнаружении признаков преступления, на основании которого, собственно, возбуждено уголовное дело. Защита уже обращала внимание суда на тот факт, что, судя по штампу на этом документе, рапорт на основании которого, якобы, возбуждено данное дело, зарегистрирован в книге учета сообщений ОВД _____ района Москвы за № _____ от _______ (л.д. 18). В связи с тем, что рапорт зарегистрирован через несколько месяцев после возбуждения дела, опять же возникает обоснованное сомнение в законности самого возбуждения уголовного дела. Для устранения такого сомнения и проверки законности возбуждения уголовного дела защита просила суд истребовать в  ОВД   и обозреть в судебном заседании книгу учета сообщений за ______ год или затребовать надлежащим образом заверенную копию листа, на котором имеется запись за № ____. В удовлетворении ходатайства было отказано, тем самым сомнение не устранено.
Наличие в деле рапорта следователя о том, что со слов неизвестного  и не определенного однозначно в материалах дела работника ОВД, якобы, имела место техническая ошибка – мол, поставили случайно не ту дату, не устраняет обоснованных сомнений в техническом характере ошибки.  В данном рапорте следователь пишет (л.д. 207 т.1), что она позвонила по телефону и узнала про эту ошибку. Я даже не буду комментировать доказательное значение такого рапорта.

По мнению обвинения вина моей подзащитной подтверждается в числе прочего документами, полученными в результате оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка». В частности, делаются ссылки на постановление о проведении проверочной закупки (т. 1 л.д. 15), на протоколы личного досмотра П., в ходе которых она выдала вещество, приобретенное при закупке, и ряд других.
Защита считает, и это нашло свое подтверждение в ходе судебного следствия, что оперативно-розыскное мероприятие (далее - ОРМ) проведено с нарушением закона, а фиксация его результатов произведена таким образом, что не дает гарантии достоверности полученных результатов.
Само постановление о проведении проверочной закупки является фальсификацией. Так, на допросе в суде свидетель П-н показал, что оперативное мероприятие начали проводить на основании информации о том, что сбытом занимается хозяйка квартиры (К-а), а лишь на месте выяснилось, что той дома нет. Поэтому произвели закупку у моей подзащитной. Это, кстати, соответствует показаниям К.  о том, что сначала Юля П. договорилась о купле-продаже с Н-, а лишь по причине отъезда Н- к больному мужу, та попросила мою подзащитную передать наркотик Юле.

Несколько отвлекаясь от анализа ОРМ, обращу внимание суда на то, что К-а на момент задержания не имела своих денег, не было у нее собственных наркотиков.
----
Возвращаюсь к анализу ОРМ. Критически надо отнестись к показаниям свидетеля С-о, за подписью которого изготовлено постановление о проведении ОРМ. Он, например, заявил суду, что данное постановление изготавливают, якобы, в единственном экземпляре и в случае передачи его следователю, в оперативном подразделении ни копии, ни иных следов данного документа не остается.
К сожалению, С-о ввел суд в заблуждение, а сказанное им не соответствует действительности и имеет единственную цель – скрыть истинную информацию о незаконности представленного суду постановления о проверочной закупке.
Копия данного постановления остается в документах оперативного подразделения и, в частности, хранится в деле оперативного учета. Больше того, в соответствии со ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» этот документ может в любой момент у господина С-о истребовать надзирающий прокурор.
А в единственном экземпляре изготавливают только те документы, что остаются в оперативном подразделении. Например, постановление о рассекречивании ОРМ (см.: Приказ Федеральной службы налоговой полиции РФ, ФСБ РФ, МВД РФ, Федеральной службы охраны РФ, ФПС РФ, ГТК РФ и Службы внешней разведки РФ от 13 мая 1998 г. N 175/226/336/201/286/410/56 "Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд").
Поскольку рассматриваемый документ визируется у руководителя -----
С учетом изложенного у защиты имеются все основания утверждать о том, что от суда скрыли постановление, на основании которого началось данное ОРМ. Соответственно, рассматриваемое нами ОРМ начато без разрешения, проведено незаконно. Имеющееся в деле постановление изготовлено уже после начала ОРМ, а, значит, ничтожны полученные в результате этого ОРМ доказательства, включая производные (в том числе заключение экспертизы).
Чтобы не возвращаться к анализу показаний свидетеля С-о, обращаю внимание суда и на то, как он попытался объяснить наличие в деле двух рапортов оперуполномоченного Г-а, --

Обратимся к  протоколу осмотра денежных средств, которые значатся по делу как вещественные доказательства вменяемого в вину подзащитной второго эпизода. Из этого протокола следует, что в период с 19 часов 05 минут до 19 часов 20 минут купюры осмотрены старшим лейтенантом М в присутствии понятых К  и Ж (протокол осмотра - л.д. 33-37).
Я уже обращал внимание суда на тот факт, что  из л.д. 29-32 следует, что в то самое время  с 19-00 по 19-15), тем же сотрудником милиции, при тех же самых понятых проводился личный досмотр гражданки П-й (протокол личного досмотра - л.д. 29 – 32).  Все это свидетельствует о фальсификации доказательств. А также о наличии не устраненных сомнений в их достоверности. Хотя суд не признал эти доказательства недопустимыми, основывать обвинительный приговор на них все равно нельзя.

----

Защита настаивает на том, что по отношению к К. имела место провокация. Ведь сотрудники, действуя через гражданку П-у, согласившуюся в обмен на прекращение в отношении нее уголовного преследования  сотрудничать с опреативными работниками МВД, спровоцировали мою подзащитную на совершение преступления в виде сбыта наркотических веществ в нарушение статьи 228.1 УК РФ. Тем самым нарушены положения статей 8 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод ETS N 005 (Рим, 4 ноября 1950 г.) (с изм. и доп. от 21 сентября 1970 г., 20 декабря 1971 г., 1 января 1990 г., 6 ноября 1990 г., 11 мая 1994 г.).

Не меньше вопросов с экспертизой. Я не исключаю, что на исследование к экспертам попало наркотическое вещество. Однако то ли это вещество, что было по поручению К-й передано моей подзащитной гр-ке П. – обвинение суду не доказало.
--
Однако поверить в то, что сотрудники милиции забыли обстоятельства мероприятия, проведенного полгода назад, показания о котором они давали следователю три месяца назад, очень сложно.
И совсем невозможно  поверить в то, что при аналогичных обстоятельствах все случившееся забыла даже П-а, которая первый и единственный раз таким образом помогала полиции. Такие события люди помнят в мельчайших деталях всю свою жизнь.

Мне хотелось бы обратить внимание суда на тот факт, что в деле вообще нет доказательств – наркотического вещества, которое, якобы, продала моя подзащитная. Свидетельством тому отказы в его осмотре на предварительном следствии, отказы в его осмотре в ходе судебного следствия и, наконец, имеющаяся на листе дела 206 квитанция о приеме на хранение наркотических средств.
Согласно данной квитанции за № 018275 следователь З-а передала на хранение два конверта, в каждом из которых по 0,01 гр. наркотического вещества, а в вину моей подзащитной вменяется, что у нее дважды приобрели по 0,03 гр наркотика.
Но я хочу обратить внимание суда даже не на вес сданного наркотического вещества, а на то, что сдано оно по делу, где обвиняемыми проходят …
Не случайно экспертиза показала, что состав наркотикосодержащей смеси в каждом из пакетиков отличается друг от друга.  По мнению защиты данный вывод экспертизы свидетельствует о том, что наркотики имеют разное происхождение.

Продолжу по поводу имеющихся в деле фальсификаций.
Напомню, что суд отказал защите в назначении почерковедческой экспертизы по подписям, выполненным от имени П-й, в связи с преждевременностью заявленного ходатайства, а когда защита просила предоставить копии документов для получения ею самой заключения специалиста, то суд согласился с утверждением гособвинителя, что такие копии защите давать не следует, поскольку, мол, защита сама не сможет получить достаточное количество образцов подписи П-й. Однако это уже были мои, адвоката проблемы. Я или специалист имели право попросить П-у выполнить образцы подписей, а она имела право предоставить их, а вот суд, не имел права необоснованно вставать на сторону обвинения, лишать защиту возможности доказать наличие в деле подложных доказательств.   
В результате получается, что так и не  устранены сомнения в подлинности материалов предварительного следствия. В этой связи снова обращусь к показаниям П-й – она  пояснила в ходе судебного следствия на вопросы адвоката, что ее допрашивал следователь только один раз – сразу после задержания. Все пояснили, что допрос проводился в территориальном отделе милиции.
Значит, имеющиеся в материалах предварительного следствия протоколы их допросов, которые, якобы, произведены в помещении  ГСУ ГУВД Москвы, ни что иное, как очередная фальсификация.

По своему хитрят и Н-ва с ее гражданским мужем – Б.  Они скрывают свою причастность к незаконному обороту наркотиков. С другой стороны, их показани,я хотя не подтверждают показаний моей подзащитной напрямую, но косвенно свидетельствуют о ее правоте. Так, …

У суда была возможность убедиться в том, что моя подзащитная находилась фактически в рабстве у Н-, которая ее эксплуатировала за дозы наркотиков.  Тот факт, что она выступила в роли орудия преступлений, совершаемых Н-, говорит об отсутствии в ее деянии состава преступления. Однако процессуальные нарушения по делу таковы, что я уже не уделяю внимания квалификации деяния К-ой. Она и без того подлежит оправданию по всем пунктам предъявленного обвинения.

Анализ материалов дела и показаний, полученных в суде, можно было бы продолжить, но в этом уже нет смысла, поскольку того, что сказано выше достаточно для полного оправдания моей подзащитной.
==============================================
Таким образом, обвинение полностью опровергнуто материалами уголовного дела, исследованными в ходе судебного заседания.  Моя подзащитная в действительности всего лишь один раз передала П-ой некое вещество.  Она этого и не отрицала. Она считала, что это героин. Она  до последних дней надеялась на то, что суд осудит ее за этот проступок и одновременно  разберется и признает незаконными доказательства якобы имевшей место первой закупки.


Таким образом, нельзя однозначно утверждать, что в содеянном К-ой имеется состав именно ст. 228  УК РФ, а не иной, например, 159 УК РФ.
Суд не вправе подменять собой обвинение и исправлять недоработки следствия, в связи с чем прошу суд признать подсудимую невиновной в предъявленном ей обвинении и оправдать.

В тоже время прошу суд обратить внимание на порочную практику правоохранительных органов, которые вместо нормальной работы занимаются добыванием количественных показателей, чем фактически способствуют распространению наркомании.

В связи с грубейшими нарушениями, допущенными правоохранительными органами на досудебных стадиях прошу суд воспользоваться своим правом, предусмотренным ч. 4 ст. 29 УПК РФ и в соответствии с требованиями Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами" отреагировать «путем вынесения частных определений (постановлений) на установленные в ходе судебного разбирательства причины и условия, способствовавшие совершению преступлений, а также на недостатки в деятельности органов дознания и предварительного следствия по выявлению организаторов преступных группировок, источников приобретения наркотических средств, психотропных, сильнодействующих или ядовитых веществ и каналов их сбыта».  

Адвокат ________    Голубев Владимир Васильевич
«__» марта 2016 г.



Задать вопрос адвокату
Поиск по сайту СКОРАЯ ПОМОЩЬ АДВОКАТА
Назад к содержимому | Назад к главному меню Яндекс.Метрика